Vanitas vanitatum

Помните анекдот об украинце, который просил Бога выбить себе глаз, чтобы сосед потерял оба. Так вот, он больше не соответствует действительности. Теперь украинцы готовы отдать оба глаза даже не за то, чтобы сосед окривел, а чтобы у него небольшая близорукость появилась.

Украинские политики рассуждают о том, каким непобедимым стало бы их государство, если бы все его жители отказались говорить по-русски и вообще общаться с русскими. Представляете себе, приходит Россия на новые территории, а там её все игнорируют, живут в параллельной реальности. По-моему, в такой ситуации кому-то эти территории придётся покинуть – реальность должна быть одна, иначе получается шизофрения. И почему-то мне кажется, что покинуть территории пришлось бы не России, а тем, кто её пытался бы игнорировать. Живыми или мёртвыми, но пришлось бы.

Думаете мечтатели об игнорировании русских этого не понимают? Ещё как понимают. Они рассчитывают таким образом, ценой жизней и благополучия миллионов граждан Украины, создать России некоторые внешнеполитические трудности. Причём трудности у России могут и не случится, а вот проблемы у украинских граждан возникли бы гарантированно, поскольку во исполнение планов своих политиков им бы пришлось как минимум покинуть свои жилища и убыть неведомо куда.

Некоторые в Донбассе так и сделали в своё время – уехали на Западную Украину, считая что там будет проще переждать войну. Теперь пытаются массово вернуться в заново отстроенный Россией Мариуполь, потому, что выяснилось, что в Галиции их никто не ждал, там их ненавидят, потому что для местных они такие же «москали», как русские из России, а чтобы снимать жильё, надо вначале отдать последнюю рубаху, а затем семь собственных шкур.

Но ладно бы украинские политики только мечтали о несбыточном. Они действуют. С фронта стали во всё большем количестве поступать сообщения о появлении украинских штурмовых подразделений, целиком сформированных из женщин и восемнадцатилетних «добровольцев», не прошедших даже минимальную военную подготовку.

Бывает, что в трудных условиях государство пытается пополнить армию контингентами, обычной мобилизации не подлежащими. Но даже во время Великой Отечественной войны, совсем зелёную молодёжь старались отправить в военные училища или служить на Дальний Восток и в Среднюю Азию. Женщины были и в боевых частях, и тот же санинструктор рисковал не меньше обычного пехотинца. Но преимущественно их старались использовать либо в тылу, либо на должностях (санинструктор, снайпер), не предполагающих столкновения с противником лицом к лицу. Пожилых солдат и офицеров, равно как и подорвавших здоровье в результате ранений, также старались отправить в тыловые учреждения, а вблизи фронта использовать для комендантской службы, охраны складов и т.д.

Такой подход диктуется обычной прагматикой. Для нормального государства солдат не расходный материал, а гражданин, который понадобится и после войны. Кому-то же надо работать, строить, осваивать и т.д. Кроме того, на любого мобилизованного государство тратит приличные средства. Его надо одеть обуть, обучить, вооружить, кормить, где-то поселить и доставить как в место дисклокации, так и, затем, к месту ведения боевых действий. Если после этого его убьют в первую же минуту боя, то государство понесёт массу прямых и косвенных убытков. Оно потеряет не только гражданина, полезного как во время войны, так и в мирное время. Оно утратит всё в него вложенное, включая форму и снаряжение. Хорошо если его автомат подберёт своя трофейная команда, а может ведь и врагам достаться.

Поэтому на самых рискованных и тяжёлых участках обычно воюют самые хорошо подготовленные части. Это помогает минимизировать потери. Некоторые государства пытаются использовать в рискованных операциях наёмников (вроде «Иностранного легиона»), которых не жалко. Но это эффективно лишь в ограниченных объёмах. В полномасштабной войне полностью наёмную армию содержать слишком дорого и она слишком ненадёжна. Ведь наёмники приходят заработать, а не умереть на чужой войне. Если под рукой нет средства принуждения в виде достаточно многочисленных и подготовленных собственных вооружённых сил, заставить наёмников жертвовать собой в опасных операциях будет проблематично. Оплачивать же две армии – одну (наёмную) для войны, другую (национальную) для присмотра за первой, ни одно государство не потянет.

В общем не нами придумано – кто послабее – того в тыл учиться, набираться опыта и сил. Подготовленных на передовую. Для особо опасных операций небольшого масштаба можно использовать небольшие контингенты наёмников, но над ними необходимо обеспечить надёжный контроль. Такой подход веками позволяет минимизировать потери и риски государства от боевых действий.

Украина пошла другим путём – матёрые, до зубов вооружённые, имеющие многолетний боевой опыт нацисты отсиживаются в тылу, а на передовую бросали вчера наловленное на улице пушечное мясо. Стандартное мясо кончилось. Это зафиксировали уже даже украинские суды. Начавшие оправдывать не выполнивших план по отлову мобилизованных руководителей ТЦК, ссылаясь на то, что в их районах пригодные для мобилизации банально закончились.

Нацисты и сами сотрудники ТЦК так и остались в тылу. На передовой теперь всё чаще мелькают женщины и дети. Отныне готовность киевского режима полностью уничтожить демографический потенциал Украины уже не предположение, а реальность, ежедневно подтверждаемая всё новыми фактами. Ещё раз: матёрые нацисты с многолетним боевым опытом, охраняют в тылу продовольственные и вещевые склады, с которых сами же кормятся и одеваются, а нехватку личного состава на передовой восполняют женщинами и детьми, которые (в силу природной эмоциональности, любопытства и пониженного инстинкта самосохранения – об их безопасности всегда мужья и отцы заботились, сами пока не научились) гибнут даже быстрее, чем плохо подготовленные мужчины.

Замечу, что это не рационально. Такой подход ведёт к гарантированному ускоренному проигрышу войны, так как демографический ресурс расходуется без какого-либо эффекта. Конечно, если навалить кучу мёртвых тел, танк, на какое-то время может в них забуксовать, но потом поедет дальше – единственная проблема экипажа – неприятно его потом отмывать будет.

То есть, идея киевского руководства всё та же – обеспечить гибель как можно большего числа граждан Украины любого пола и возраста, чтобы наконец впечатлить Запад и остальной мир количеством потерь и, таким образом, доказать, что Киев ведёт войну не за интересы Зеленского, а «народную». Попутно попадаются всякие мелкие бонусы вроде проведения между жителями украинских территорий и их русскими соседями и даже родственниками кровавой борозды, которая должна разделить даже семьи, осложнив процесс дебандеризации украинских территорий и восстановления русского единства.

В общем, чтобы создать России определённые трудности и получить возможность предъявить Москве эфемерные обвинения, которые никого не будут интересовать после исчезновения Украины, Киев сознательно идёт на уничтожение как можно большего количества своих граждан, включая те поло-возрастные группы, которые не должны были пострадать от боевых действий.

То что начиналось с эйфорических планов перебить всех русских и поднять бандеровские знамёна над Кремлём, завершается «коварным» намерением самоубиться под дверью соседа, чтобы, пока не уберут, вонять и портить ему аппетит. За неполных тридцать пять лет Украина прошла большой путь от лёгкой психической неадекватности, до полного распада личности, мечтающей бессмысленно умереть и гнить в грязи, чтобы «москали» хоронили и плевались.

Самое страшное, что на Украине никто и не подумал возмутиться массовой отправкой женщин и детей в штурмовые подразделения. Они все согласны умереть, чтобы русских вытошнило.

https://cont.ws/@ishchenko/3014576