Безопаснее воровать миллиардами чем булками. Двести сорок миллиардов своровали на нацпроектах
Генпрокурор России Александр Гуцан на координационном совещании правоохранителей озвучил цифру, от которой хочется материться: ущерб от воровства на нацпроектах за девять месяцев 2026 года вырос больше чем в полтора раза и перевалил за 240 миллиардов рублей. И это не всплеск, а тенденция — таких дел становится больше каждый год.
240 000 000 000. Попробуйте это хотя бы вообразить. И да — это не абстрактные «бюджетные средства». Это школы, которые не построили. Поликлиники, в которые можно было бы записаться без бубна и молитвы. Очистные, которых нет — и потому на Волге и Байкале вонь от стоков стоит такая, что жить у воды невыносимо.
Почему этого безобразия не замечали?
В масштабе картинка ещё страшнее. На 20 действующих нацпроектов в 2026 году заложено около 7 триллионов рублей — и, по данным Генпрокуратуры, за неполных два года надзора прокуроры нашли 590 тысяч нарушений, а по итогам проверок возбудили больше 3,5 тысячи уголовных дел. При этом по 250 делам преступники ушли от ответственности просто потому, что следствие тянуло — истёк срок давности. Не оправдали, не отпустили по решению — просто не успели, пока спали. И это названо вслух самим генпрокурором.
Ещё деталь: две трети этих преступлений — мошенничества при получении госвыплат. То есть «элементарные, с точки зрения документирования, и не самые опасные для экономики», по словам Гуцана. То есть почти всё, что удаётся ловить, — мелкая рыбёшка. Крупная, судя по всему, плавает дальше.
Круговерть «невиноватых»
Самое мерзкое тут даже не цифра, а спектакль после неё. Сценарий заучен:
«Украли до нас» — до нашего прихода, мы ни при чём. «Украли после нас» — уже при следующей команде, а мы ушли красиво. «Само укралось» — акты подписаны, бумаги в порядке, а деньги испарились. «Это не хищение, это неправомерное использование» — волшебная формулировка, после которой уголовное дело превращается в строгий выговор.
«Отмазки» бегут по эстафете быстрее, чем деньги доходят до стройки.
Кто сел и на сколько?
Пока злословить не будем — вот сухие приговоры за последние пару лет. Смотрите сами, выводы напрашиваются мгновенно.
Начнём с самого крупного — Байкал, нацпарк «Тункинский», 2026 год. Из субсидии в 320 миллионов рублей, выделенной на ликвидацию свалки, украли 171,4 млн. Экс-директор нацпарка Байминов получил 11 лет строгого режима и штраф 21 миллион, его зам Марганов — девять лет со штрафом 1,6 млн, а бизнесмен Будатаров, которого даже пришлось экстрадировать из Монголии, — 10 лет и 3 месяца со штрафом 20,5 миллиона.
Практически та же сумма — и совсем другие сроки. Волгоград, 2025 год, компания «ГринЛайт»: 171 миллион украден по 14 госконтрактам на ликвидацию свалок. Директор Фирсов получил семь лет колонии, главбух Петрушина — пять, подрядчик Калонкин — 7,5 года, но со скидкой за сделку со следствием. Сравните с Байкалом: те же деньги — а разница в сроках четыре года. Вопрос «почему» оставим открытым.
Теперь показательная история про элиту. Нацпроект «Образование», федпроект «Учитель будущего», 2024 год — около 50 миллионов. Экс-замминистра просвещения Ракова сначала получила пять лет реальной колонии... а потом апелляция спокойно заменила приговор условным сроком. Экс-ректор «Шанинки» Зуев получил четыре года тоже условно. Вернули ущерб — и свободны.
Дальше «по мелочи», но с очень характерной пропорцией. Кострома, «Здравоохранение», 2025: руководитель подрядной фирмы присвоил аванс 27 миллионов (из них 4,5 — отмыл), получил шесть лет реальной колонии, конфискацию и гражданский иск на 26 миллионов. Астрахань, «Демография»: за 3,9 миллиона по строительству ФОК в Ахтубинске — три года колонии и штраф 250 тысяч. Петербург, тоже «Здравоохранение»: подменили дорогие медицинские мониторы бытовыми, ущерб всего 3,4 миллиона — и за это Громов получил три года, Хан — два года колонии. Томск, «Экология»: 8,5 миллиона субсидии по обращению с ТКО — четыре года реального срока. Пермь, «Демография», 2024: обнал маткапитала на 5,6 миллиона — три года колонии. Екатеринбург, тот же «Демография»: замдиректора спортцентра Викторов за средства федпроекта «Спорт — норма жизни» отделался четырьмя годами условно и штрафом 450 тысяч.
Почувствовали ритм? За 3,4 миллиона мониторов — реальная колония. За 50 миллионов и должность замминистра — условка. Бедный, попавшийся на мелочи, едет, богатый — остаётся дома. И это не риторика, это просто сложение колонок.
Что из приговоров видно
Первое. Практически одинаковая механика везде: завышение стоимости работ, фиктивные акты, аванс в карман, приёмка за взятку. В Бурятии нацпарк «проглатывал» работы за взятки по 2,1 млн — за беспрепятственную приёмку. В Астрахани — та же картина: договор с аффилированной фирмой, «частичное выполнение», акты с накруткой. Схема не меняется с 1990-х.
Второе. Смотрите на пропорцию. За 171 миллион на Байкале — 9–11 лет. За 171 миллион в Волгограде — 5–7 лет. А за 50 миллионов в Москве — сначала 5 лет реальной колонии замминистру... а потом Мосгорсуд спокойно заменил приговор условным. Ущерб, кстати, фигуранты возместили — все 65 млн. Вернул — и свободен. Классика жанра: чем выше должность, тем мягче приговор.
Третье. Малые суммы караются жёстче. За 3,4 млн подменённых мониторов — 2–3 года колонии. За 50 млн и «Учителя будущего» — условка. То есть бедный, попавшийся на мелочи, получает реальный срок, а элитный фигурант — испытательный. Чувствуете закономерность?
Четвёртое. Деньги возвращаются — но далеко не все. По делам 2026 года возместили 88 миллиардов, арестовали активов на 109 миллиардов. Прилично — но это меньше половины от 240 миллиардов ущерба. Остальное, как обычно, «невозможно взыскать»: фирмы обнулены, недвижимость «на тёще», активы в зарубежных банках.
С этим надо что-то делать?
Рецепт висит в воздухе лет двадцать. Показывать всё: публичный реестр каждого контракта нацпроекта — сколько реально сделано, видно не только ревизорам, но и жителям конкретного района. Личная ответственность приёмщика: подписал акт — отвечай за то, что работы реально существуют, уголовно. Настоящая конфискация: украли — забираем всё, включая то, что «оформлено на тёщу». Условные сроки для чиновников и топ-менеджеров — отменить: если за 3,4 млн сидят реально, то за 50 млн с должностью — тем более.
Пока этого нет, карусель «невиноватых» будет крутиться. А 240 миллиардов в следующем докладе превратятся в 300, затем в 500 и так далее. Аппетит ведь приходит во время еды, не так ли? И мы снова пролистаем это и пойдём к ржавому водоканалу, за который уже заплатили дважды.
Игорь Глуховский источник https://cont.ws/@user3885/3385303
![]()









































